Франция-Италия-2004
ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ
Киев-Будапешт-Вена-Париж-Лион-Ницца-Генуя-Пиза-
Флоренция-Рим-Помпеи-Неаполь-Венеция-Киев
Я сел за стол, крутнул мозгами…
Мне захотелось в край морен.
Под небо старенькой Италии,
В долину Альп, к Софии Лорен.
И снова с Киевского вокзала
Тащусь к граничным городам.
Несусь по долгим автобанам
Навстречу сказочным местам.
И снова курицу из «Теско»
В пути я жадно пожирал.
И Будапештские гротески
Картечью били наповал.
Здесь мост меж Будою и Пештом,
Дунай, затянутый в гранит,
Фигуры в каменных одеждах,
Порталы, башни, фонари.
И снова Вена, город древний
На перекрестке всех дорог,
И «Розенбергера» таверна,
И кофе черный, и пирог.
Стоят Хундвассера кварталы,
Дворцы, соборы и мосты,
Дома из камня и металла…
Здесь стили все заплетены.
Там парк с часами на лужайке,
И Штраус золотом блестит,
И в Голубом его Дунае
Услышан Венский колорит.
Там Зигмунд Фрейд свои работы
По психологии писал,
И Гайдн складывал на ноты
Свой симфонический финал.
Там пел Карузо, Поворотти,
Сальери Моцарта травил.
Там Спивакова «Виртуозы»
Достигли всех своих вершин.
Опять в Париж была дорога.
Болели попчик, голова.
И проклинал я черта, Бога,
Неся матерые слова.
Но вот уже я на Монмартре,
И снова вижу Сакре Кер,
Ситэ и Эйфелеву башню,
Квартал Дефанс, район химер.
Брожу я снова по Парижу,
Сад Люксембургский, Тюильри,
И вечный Лувр опять я вижу,
И Нотр — Дам, Консьержери.
Брожу по площади Согласия,
На ней Луксорский столб блестит,
И два фонтана, словно братья,
Водою плещут о гранит.
Брожу вдоль оперы уныло,
Туда не тянет, не влечет,
Ведь отплясал свое Нуриев,
Шаляпин больше не поет.
Брожу по Лувру, зал огромный.
Картины Рубенса висят.
И гобелены, люстры, троны
Следы истории хранят.
Брожу по садику Родена:
Гюго, Мыслитель и Кале,
Кусты и птички, как в Эдеме,
Ласкают все в моей душе.
Брожу под нефом Пантеона,
Здесь Женевьева и Фуко
И прах солдат Наполеона,
И прах Золя, Дюма, Гюго.
Дополз до верхней колоннады…
Париж сквозь дымку облаков.
Балконы, крыши и аркады,
Дворец Медичи, строй цветов.
Взлетел по Башне в поднебесье,
И Чрево вижу я до дна,
Булонский лес, его предместья,
Заводы, фермы и поля.
Брожу по городу ночному
От Мулен Руж до пляс Пигаль,
Здесь проститутки, примадонны,
Теряют облик и мораль.
Проехал транспортом подземным-
Там целый город. Жизнь бурлит…
Я под Бастилией и Сеной
Познал парижский колорит.
Галопом мчался по Лиону,
Заметил два его холма,
Подслушал мессу я в Сент-Жоне,
Взглянул на город свысока.
Полюбовался Нотр-Дамом,
Бегом по площади Белькур,
Шмыгнул по улочке я старой
И лег в постель на перекур.
И снова Ницца, брег лазурный.
Вода синеет бирюзой,
И яхты с отблеском пурпурным
Уводят душу на покой.
Брожу я вновь вдоль парапета,
Ищу глазами горизонт.
Сижу на лавочке с газетой
И ем дежурный бутерброд
Забрел в знакомый ресторанчик,
Отведал вновь салат с тунцом,
Лангет, десерт, вина стаканчик,
И вышел с полным животом.
Собор святого Николая,
Отель Негреско и Роял,
Музей Матисса и Шагала
Я здесь глазами пожирал.
Здесь жил Деникин, Тютчев, Герцен,
И заезжал сюда Дали,
Дункан и Грейс с автомобилем
Навеки здесь погребены.
В Монако был я годом раньше,
Играл за ломберным столом,
Бродил по скверам, пил оранжи,
И щупал батискаф Кусто.
Смотрел на рыбок золотистых,
На статных дам, на их манто,
Курил я в садике тенистом
С актером Полем Бельмондо.
Опять по Генуе промчался,
Дома вдоль берега, в горах.
В порту недолго потоптался,
Клевнул креветки впопыхах.
Узнал, что это Лигурия,
Что Нострадамус здесь гадал,
Колумб, Николо Паганини
Отсюда путь свой начинал.
Затем в потемках брел по Пизе,
По «полю» чудному блуждал.
И все, что знал я по эскизам,
Почти совсем не повидал.
Ночлег провел в Монтекатини.
Спагетти ел, пил Шардоне,
Ромштекс с петрушкой и цуккини
Украсил ужин и обед.
Затем дополз до Флорентии,
Открыл глаза, о, Боже мой,
Веккьо на плазе Синьории
И старый мостик над рекой.
Собор дель Фьоре, Бабтистерий,
Уффици, замки и дворцы,
Скульптуры Баччо Бандинелли,
Меня до дрожи довели.
Там Микеланджело Давида
Из глыбы мраморной ваял,
А Боттичелли Афродиту
Вознес на должный пьедестал.
Да Винчи здесь свою Джоконду
С прекрасной дамы срисовал,
А Галилей все обороты
Земли и Солнца просчитал.
Пробыл в Флоренции недолго,
Светило солнце, дождь хлестал.
Поскольку в Рим звала дорога,
Я бросил все.… И побежал.
Мой Рим начался с Ватикана,
От резиденции всех пап.
Святой синод, политиканы,
И вереницы анфилад.
Там дворик с шишкою сосновой,
И Афродита, Аполлон.
Порталы, арки и ендовы,
И колоколен перезвон.
Там Папу Римского в капелле
Анклав возводит на престол.
Там фрески Санти Рафаэля,
И прах святых учеников.
Зашел в Собор святого Пьетра,
Там двери мощные стоят,
И Микеланджелова «Пьета»,
И ряд ажурных балюстрад.
Взошел на ярус Колизея.
Арена сверху вся видна.
Здесь выли некогда плебеи,
Желая зрелищ и вина.
Забрел на Форума руины,
Средь лестниц мраморных, колонн
Храм Антонина с Фаустиной
Для нас, потомков, сохранен.
Там Форум Цезаря, Траяна,
Александрийский обелиск,
И Марк Аврелий, и фонтаны,
И древний римский манускрипт.
Я был недолго в вечном Риме,
Не все услышал, повидал,
Не смог пройти по магазинам…
Его я толком не познал.
Бродил по улицам Помпеи,
Там мозаичный пол блестит,
Дома, трактиры и бордели,
Следы полозьев колесниц.
Колодцы, лавки и колонны
Нам сохранила старина,
Под пемзой, пеплом и зловоньем
Добыта эта красота.
Неаполь был ко мне не ласков.
Дождь лил как-будто из ведра.
И жизнь южных итальянцев
Познал я только из окна.
Увидел я Везувий грозный,
И остров Капри вдалеке,
Бомжей, покрывшихся коростой,
Белье, засохшее в окне.
Я не прочувствовал Пассажа,
Анжуйский замок был не мил,
Собор Святого Фердинанда
Совсем меня не вдохновил.
Последний день – венецианский.
Дома, цветущие в воде.
Большой канал, Собор Сан Марко
И площадь с рыцарем в седле.
Там мостик Вздохов и таможня,
Музеи почта и вокзал,
Дворец, построенный для дожей,
Такси, гондолы и причал.
Бродил по городу поэтов,
По весям песен и мечты,
Где Тициан и Тинторетто,
Свои оставили следы.
И снова адская дорога,
И ноют печень и спина,
И снова я взываю к Богу,
Неся отборные слова.
Опять на полке кантовался
И, жутко мучаясь в пути,
Припомнил все и стих создался –
Для фотографий — визави.
10.05.2004 Дмитрий Осовецкий (57 куплетов)